Иванов Владимир Иванович

История Воспоминания Родом я из д. Бодревщина, что в нескольких километрах от Суража. В семье был старшим. кроме меня росли сестренка Надя и брат Леша, парализованный с детства. Семья одной из первых вступила в колхоз. Отец Иван работал, не жалея сил, и «сгорел» на работе осенью пахал землю, распотев, сбросил полушубок и простудился. Увезли его в Витебск в больницу, там и умер. Мать осталась одна, с тремя детьми. В 1939, когда население с хуторов начали сселять в поселки, построили мы новый дом, да только пожили в нем недолго началась война, мне было 16 лет. Работал на пекарне учеником баранки делал. В 1942 г. ездил на ремонтные работы дороги, пролегавшей через д. Хомутовка. Когда Красная Армия начала наступление из-под Велижа, немцы собрали молодежь для отправки на работы в Германию, но мне повезло, 25 июня, когда регион стали постепенно освобождать, освободили и нас. Потом на фронт. До линии фронта мы шли пешком, по глухим местам на Лепельщине. Я был зачислен вторым номером пулеметчика 17-й гвардейской стрелковой дивизии 48-го гвардейского стрелкового полка. Но при первом же наступлении напарника ранило. Пулемет был несовершенен, меня выручило знание механики, именно благодаря тому, что я улучшил его конструкцию, я и остался жив. Было тяжело один и «Дегтярь» тягал, и заправлял его, и стрелял. Повоевал неделю. 26 июля, при форсировании р. Березины, меня ранили. В поле стоял большой и длинный сарай. Всех раненых подбирали и сгружали туда. Это был настоящий ад. Ни еды, ни питья, никакой санитарной помощи. Люди лежали, стонали, умирали на глазах. В этом сарае я провел день и ночь, и до сих пор перед глазами этот кошмар разве можно такое забыть! Следующей ночью мимо проходила механическая колонна. Помню, ее командир буквально гимнастерку на себе рвал от ярости, что бросили своих солдат умирать. Благодаря ему нас начали вывозить в медсанбат. Я попал в госпиталь под Смоленском. Там мне сделали операцию. Пулевое ранение правого предплечья оказалось сквозным, повредило кость. Рука изувечена, все делаю левой и поныне. После Смоленска отправили в Москву, потом на пароходе по Волге до Саратова (госпиталь 1304). Там находился полгода. Оттуда через переписку с родными узнал, что семья находится в Чашниках, а отчим умер в войну, мама снова осталась одна. Туда и поехал после выписки. Известие об окончании войны застало нас на колхозном поле. В июле мы поехали домой на Бодревщину. Жили в землянке, я работал в банке охранником. А в 1947 году женился на Марфуше Михайловой из д. Киселево, прожили мы 53 года, в 2002 г. жена умерла. Мне трудно было бередить душу дедушки расспросами. Скажу лишь, что до последних дней он держался молодцом. Сколько себя помню он по жизни был бравым солдатом: всегда выбрит, причесан, армейский порядок и чистота и в хате, и во дворе. По складу ума он настоящий Кулибин! Несколько классов образования, но тем не менее самостоятельно, по запчастям, собрал 4 модели трактора, на котором всем соседям бескорыстно огороды помогал запахивать. Всю жизнь они с бабушкой моей (Царствие ей Небесное!) держали большое хозяйство коровы, поросята, козы, куры, пасека. Печник дедушка был отменный сколько печей сложил по всему району! И плотник тоже на все руки мастер. Все знал, умел и пошутить любил такие озорные искорки прыгали у него в глазах! Собеседником был интересным и слово свое всегда держал. Наверное, с такого же солдата был списан и Василий Теркин. Светлая память и царствие небесное всем солдатам той войны!