Токарев Александр Кузьмич

Приполз солдат с фронта... Множество есть историй, как возвращались домой фронтовики с войны. Наш рассказ наособицу... Его боевой путь очень краток: начался 4 июня 1941 года - завершился 12 декабря 1941 года: контузия, ленинградские госпитали... Как-то раз обмолвился: в госпитале некоторые ели прошлогоднюю оконную замазку, сдирая её с рам. - А ты тоже ел?! - Нет... Я же живой... В Военно-медицинском музее Санкт-Петербурга хранится медкарта с уникальными данными, как его лечили. Врач сказал: Если вытерпишь, ноги резать не будем! И он вытерпел, когда ему досками выпрямляли скрюченные в контрактуре ноги, а росту он был под 190 Единственное военное письмо пришло в марте 1942 г. из города Кирова, было оно совсем коротеньким, и мама всю жизнь проговаривала его наизусть: «Жив , здоров, если не считать ног» Полгода папа провел в Вятских госпиталях. Он не мог ходить, и ни разу не ступил своими искалеченными ногами на Вятскую землю А про остальное нам рассказала наша школьная учительница Ольга Кузьминична. Сама она в войну была девочкой-школьницей, однажды осенью 1942 г. утром шла в школу и увидела Она и через много лет не могла сдержать слез, когда рассказывала нам, великовозрастным балбесам, к которым пришла на подмену урока химии и вне расписания вдруг начала свой рассказ. Ее путь в школу проходил от тех самых бараков для спецпереселенцев через железнодорожные пути. И по шпалам, через многочисленные рельсы полз огромного росту солдат. Он полз, как когда-то ползали деды-пластуны. Полз, приподнимался на коленях, отдыхал и снова полз. А за ним тихо шли работящие люди, которые спешили по своим рабочим местам и не смогли не проводить солдата, приползшего (а не пришедшего) с войны! Одни отходили, другие шли следом и так, в молчаливом сопровождении (никто ни слова не проронил!) дополз казак до родимых своих А нам и в голову не приходило спрашивать папу про войну. И только как-то раз он сказал, что тогда его довезли на санитарном поезде до Свердловска, высадили с кировской медсестрой, чтобы она его сопровождала дальше. А она его бросила на сортировке и скрылась в неизвестном направлении. Какие-то добрые люди подсадили калеку на товарняк, и так он и добрался до места спецпереселения Дома, в Ирбите, мама Евгения Сергеевна, уже трудилась на кирпичном заводе, за что и была удостоена впоследствии наградой - медалью "За доблестный труд в Великой Отечественной войне" и юбилейными медалями. А еще Родина отблагодарила ее как многодетную мать, двумя медалями Материнства 1 и 2 степени и орденом Материнской славы 3 степени... Александр Кузьмич, будучи инвалидом войны, много лет прослужил в пожарной охране Ирбитского стекольного завода и мотозавода. Родили двух сыновей и пять дочерей, держали корову и он за 12 километров каждое лето вышагивал на своих двоих на покос, где накашивал огромные зароды сена. Построил дом себе и помогал строить дома в околотке, где обрели себе жительство такие же ЖЕРТВЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ Родина его не обидела: он получил все ордена и медали, какие полагались участникам войны; через суд добился признания его инвалидом ВОВ 1 группы (самой тяжелой),получил перерасчет пенсии, всяческие надбавки. Был реабилитирован вместе с матерью Мариной. Два года с лишком ухаживал за нашей парализованной мамой Евгенией, кормил, буквально носил на руках, в 2001 г. похоронил свою верную подругуПринимал в доме детей, внуков, которые живут в нашей необъятной стране от Бреста до Хабаровска, кормил нас, как в детстве было заведено, давал всем ПРОГОННЫЕ и мы принимали от отца эти тысячи: ведь это НАША РОДИНА приплачивала в последние годы то, что мы не получали в детстве. Принял мирную непостыдную кончину 15 октября 2003 г., день в день через 43 года после кончины своей родной мамы Марины Вечная память!