Уренцов Алексей Тихонович

АХ, ЭТИ ЯБЛОКИ! «До сих пор они мне снятся» - не без лёгкой досады в голосе рассказывает Алексей Тихонович Уренцов, житель второго дома ветеранов. Сюда, в комнату 10, я пришёл по его просьбе, чтобы прослушать магнитофонную запись философских, военно-патриотических и литературных записей. Свои размышления о сути бытия, истории нашей Родины Союза ССР, братской дружбе народов, свои стихотворения он записал и направил в адрес лидеров народно-патриотического движения Г.А. Зюганова и Г.Н. Селезнёва. Почему магнитофонные? Дело в том, что Алексей Тихонович вот уже около пяти лет, как ослеп: сказались последствия ранения и контузии, которые он получил в далёком 1944-ом году. И, не смотря на отчаянные усилия своей верной жены и, как он называет её, боевой подруги Веры Леонидовны, многократные обращения в знаменитые на весь мир глазные клиники, зрение спасти так и не удалось А яблоки? Просто обыкновенный житейский случай, который повлиял на его судьбу, а, возможно, и спас ему жизнь. 1941 году, Ленинабад, столица Таджикистана. Призванный в армию, Алексей Уренцов был направлен в военное училище. И надо же было такому случиться, при следовании в училище зашёл на рынок. И увидел знаменитые на всю Среднюю Азию яблоки сорта апорт. Сочные, красивые, а главное, необыкновенно вкусные. Пока суть да дело, на построение в училище опоздал. И это в первый день! Разбирательство было коротким: «Яблочков захотел? Марш на гауптвахту! А там разберёмся» Начальник училища был неумолим: таким разгильдяям не место в учебном заведении, готовящем будущих командиров. И Алексей вновь оказался в райвоенкомате. Но там к его личному делу особенно не придирались: вновь направили в училище, прибывшее из Харькова в Наманган. - В чём-то и повезло, - с горечью в голосе говорит Алексей Тихонович. - Первый выпуск того самого училища, и з которого его отчислили, в спешном порядке был отправлен на фронт, попал в окружение и погиб, чуть ли не в полном составе. Так что яблоки, ставшие предметом разбирательства, вы какой-то мере спасли ему жизнь. Но и в харьковском училище был такой же спешный выпуск. И вот он, фронт, с его непрерывными боями, отступлениями, наступлениями. Через год такой «стажировки» Алексею присваивают офицерское звание и направляют для совершенствования «квалификации» на курсы «Выстрел». Проучился полгода. А затем вновь направление в действующую армию. Прибалтика. 1944-ый год. Войне, вроде бы, уже виден конец. А здесь в Латвии, Литве, Эстонии обстановка была сложнейшей. Положение дел усугубляли местные националисты. С немцами воевали в открытую, а тут затаившийся враг выстрел в спину, удар ножом, взрывы. Это более опасно, неожиданно, страшно. Я вижу, как мой собеседник волнуется. Как дрожат его пальцы, нащупывая чашку с чаем, которую заботливо предлагает его рукам Вера Леонидовна. - Ты успокойся, Алёша, успокойся, - тихо говорит она, поглаживая своими пальцами его руку. - Вера-а В голосе Алексея Тихоновича звучит металл, и я невольно представляю его в образе командира взвода, а потом и роты, с которыми он ходил десантом на острова Эзель, Саараме и другие. Там, недалеко от балтийского побережья. А вот и тот самый остров, на котором и случилось то, что потом аукнулось почти через 50 лет. Небольшая часть суши дюны, песок и зелёные сосны. А неподалёку от него вражеские корабли, артиллерийский огонь по которым и корректирует небольшая группа наших разведчиков, возглавляемая старшим лейтенантом Уренцовым. Но и немцы были не дураки. Они, наверняка, засекли группу разведчиков и открыли по ней стрельбу из тяжёлых орудий. Один за другим падали бойцы, но Алексей продолжал корректировать огонь нашей дальнобойной артиллерии. Вдруг свист очередного снаряда, огонь взрыва и тишина Уже потом в госпитале узнал, что был ранен в голову и контужен. Орден Красной Звезды 20.10.1944 Орден Александра Невского 18.12.1944 Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 19411945 гг.» 09.05.1945