Котов Павел Михайлович

Ветеран из Вороновки.Немного жителей осталось в селе Вороновка. Это недалеко от Ватутино (бывшего Чепухино), родины Николая Федоровича Ватутина 1921 г.р.. В одном из домов мы познакомились с Павлом Михайловичем Котовым. Живет он один после смерти жены, но дочь Нина навещает каждый день: приготовит поесть, постирает, уберет. Она ближе всех в Мандрово живёт. Остальные трое далеко: один сын в Подмосковье, полковник в отставке, второй пенсионер, в Самаре, дочь в Москве, работает медсестрой. С фронта вернулся инвалидом, на костылях. Немного оклемался стал в колхозе работать. Тяжёлый труд ему противопоказан, был экспедитором, сторожем в колхозе имени Ватутина, откуда ушел на заслуженный отдых. Павел Михайлович родился и вырос в селе Вороновка. Мирная колхозная жизнь прервалась в июне 1941 года. Вскоре Котов воевал на Смоленском направлении, был миномётчиком. В одном из боев под Великими Луками его ранило в январе 1943 года. В госпитале находился недолго, вскоре опять попал на передовую, в 30-й отдельный саперный батальон, который занимался разминированием освобожденных от фашистов территорией. Однажды его тяжело ранило, пришлось отправляться на 5 месяцев в госпиталь. После на фронт не попал, его признали негодным для дальнейших боевых действий. Вернулся в Вороновку в 1943 году, подлечился и устроился в местный колхоз. Что ни поручали, - всё выполнял, потому что люди его поколения по другому не умеют относиться к делу. На праздничном костюме ветерана орден Отечественной войны второй степени, медаль, полученная в мирные дни, - «За доблестный труд. В ознаменование 100- летия со дня рождения В. И. Ленина». Также он получил Орден Отечественной войны 1 степени. Освоил воинскую специальность, стал минометчиком. У города Великие Луки второе ранение, тяжелейшее. Растил вместе с женой пятерых детей, потом 8 внукам и 10 правнукам помогал. Ветеран рассказывал о своей солдатской жизни. «Бывало так: вчера еще в обороне стояли, а сегодня в 4 утра начинается артподготовка. После нее - танки идут, потом мы, минометчики. Задание ведь как нам давали? Говорили: в-о-о-н, видите, село впереди. Сколько до него? Километра два. Там враг. А село надо занять. Вот вам фронтовые сто грамм и вперед. Так и продвигались. Километр-два, вроде и немного. А если под обстрелом? Так под обстрелом и шли. Задачу выполняли». После госпиталя Павел стал сапером. А саперам положено идти первыми обнаруживать мины. За ними двигались те, кто найденные мины обезвреживал. Потом санитары, танки и пехота. Ещё Павел Михайлович рассказывал, как они с неба пищу добывали. «Окружили Великие Луки, а немцам, сверху продукты на парашютах сбрасывали. Бывало, наши выстрелом пробьют парашют, и продукты их к нам в руки падают. Мне однажды удалось бидон с супом «прострелить»». 14 января 1943 года раздался тот самый взрыв, который стоил жизни двум боевым товарищам Котова, а его самого обездвижил на целых полгода. Санитары погрузили чудом не убитого солдата на салазки, 2 километра тянули по снегу, потом переложили на большие сани, следом на машину. В госпитале доктора заковали в гипс не только раздробленное колено, а от пятки до груди.2 месяца плашмя пролежал. Когда лангету наложили, тогда стали поднимать немного. На 2 года костыли стали постоянными спутниками жизни Павла Михайловича, а хромал всю жизнь. Говорил он: «Хотели ногу ампутировать, но, слава Богу, прожил со своей!» Летом 1943 года вернулся на родину. Потом стали приходить и другие ребята, здоровых не было, а все в колхозе на совесть работали. Холостыми не остались, детей родили, в люди ввели. И Котов женился вскоре после возвращения домой. Котов вспоминал: «Осенью 41 года, до призыва еще, получили задание переправить колхозное стадо за Дон. Вот мы, несколько человек, и погнали. А дойти смогли только до Россоши, до реки так и не добрались. Павел успел за время своей «командировки» познакомиться с местной девушкой. Ей написал, когда на костылях вернулся в Вороновку в 1943 году. И она приехала, стала его женой, прожили вместе до 2003 г., умерла жена-Александра Ивановна.23 февраля 2014 года Котова Павла Михайловича не стало.