Бороздин Алексей Яковлевич

Участник Висло - Одерской операции, ветеран Великой Отечественной войны, Заслуженный ветеран нашего предприятия, Алексей Яковлевич Бороздин, 18-летним юношей, был призван на фронт осенью 1944 года. В военкомате Котельнича будущему бойцу сразу сказали, что направляют в противотанковые войска на I-й Белорусский фронт. Прямо из вагона Бороздин и ещё несколько сотен молодых необученных парней попали на передовую. Постигать военную науку солдатам-новичкам пришлось в ходе дальнейших боёв. Алексею Яковлевичу довелось служить наводчиком противотанковой пушки 57-миллиметрового калибра. «Учиться воевать было некогда, - вспоминает ветеран, - переходы армии были большие. Мы шли и спали на ходу. Если небольшая остановка, сучья наломаешь и спишь, когда сытый, когда голодный. Бомбили немцы так, что земли не было видно. А из-за бомбёжек кухня по два-три дня не могла подъехать. Усталость была огромная, но всё равно вперёд шли». Из двух крупных переправ командиру отделения 20-го стрелкового батальона Алексею Бороздину запомнилась нелёгкое и страшное форсирование Вислы. Неустойчивая январская погода чередование оттепелей и морозов - чрезвычайно осложняло переправу. Почти ежедневные густые туманы не позволяли советской армии эффективно использовать авиацию и артиллерию. «Выйдя к Висле, покрытой голубовато-серым льдом, на котором местами намело сугробы, а кое-где вздыбились огромные льдины, мы поняли, - вспоминает Алексей Яковлевич, - что предстоит с ходу форсировать Вислу по неокрепшему льду. Собирали хворост, солому. Из них изготавливали маты, которые укладывали на лёд и поливали водичкой, чтоб замёрзли. Проруби и небольшие полыньи сапёры закрывали досками, брёвнами, жердями, трофейными шинелями, плащ-палатками и вновь обливали водой. Мороз быстро схватывал мокрый настил. Так и получалась ледяная дорожка». Что это была за дорожка, никто не расскажет лучше бойца, прошагавшего по ней под огнём. «Всю ночь немцы обстреливали наш берег. Вокруг рвались снаряды, поднимая глыбы мерзлой земли и льда. Наши «ястребки» пытались отгонять «юнкерсов», но те бомбили практически без остановки, - продолжает вспоминать Бороздин. - Погода была ужасная: снег, студёный ветер, над рекой кружила метелица. Утром началось форсирование реки. Мы тянули орудие, взявшись за колёса, лафет и ствол, по ледяной дорожке, но приходилось часто останавливаться, чтобы стрелять прямо с реки. Было очень страшно. Народу полегло много, меня же Бог миловал: ни ранений, ни контузий не получил. Правда, шинель была как решето, осколками вся продырявлена».