Мидов Хатакшуко Умарович

Война 1941-1945 годов стала Великой Отечественной не потому, что так назвал её Сталин, а потому, что она действительно была священной и народной. В мировой борьбе добра и зла наша страна сделала свой выбор и встала на сторону добра и свободы. Среди них был и мой прадед Мидов Хатакшуко Умарович. Ещё совсем молодым, сыграв свадьбу, оставив молодую невесту, призвали его на службу в РККА (рабоче крестьянскую Красную Армию) в 1940 году.. За это был Ползал по снегам, ходил по болотам Гатчины, в 1943г. Зимой 1942 года на Волховском фронте установилось относительное затишье. Немцы после безуспешных штурмов вынуждены были закрыться в землю. Шли бои, как тогда говорили, местного значения. Однако иногда они были очень ожесточёнными, с участием танков. 197 й стрелковый полк в составе одной сибирской дивизии поздним декабрьским вечером занял оборону. Стояли суровые морозы. На опушке леса, где проходила позиция дивизии, траншеи были в основном из снега и льда. Война застала карагачца Хатакшуко Мидова на одном из аэродромов под Ленинградом. Батальон аэродромной службы, где он был связистом, обслуживал отдельный истребительный полк. День и ночь шла боевая подготовка. Полк готовился к предстоящим боям. Лётчики отрабатывали полёты почти круглые сутки. «Нам, солдатам, было трудно разобраться в ложной международной обстановке, - рассказывал Хатакшуко. Но из бесед политработников, которые проводились ежедневно, было известно о тревожном положении на западной границе. Часто объявлялась боевая тревога, в воздух поднимались самолёты. Помню ночь перед началом Великой Отечественной войны. Вечером я был назначен дневальным по казарме батальона. Глубокой ночью прибегает посыльный из штаба и передаёт: «Боевая тревога». А утром война. Самолёты сразу рассредоточились по аэродрому, все службы заняли исходные позиции по боевому расписанию. Полк получил задание: патрулировать небо Ленинграда, охранять воздушное пространство над важными объектами. На четвёртый день появились немецкие стервятники. Они армадой шли на Ленинград. Истребители поднялись по тревоге. На наших глазах боевой счёт открыл политрук Музга. В первом же бою он сбил два МЕ 109. Храбро дрались и другие лётчики. Однако немцы рвались вперёд. На 14 день они подошли к аэродрому. Полк эвакуировался в город Тихвин. До осени 1942 года мы обслуживали полк. Затем нас сменили девчата, а всех бойцов направили в наземные части. В 197 стрелковом полку я был назначен наводчиком 82 го миномёта. На рассвете небо прочертили огненные трассы. Над позициями врага поднялись клубы огня и дыма. Это дали залп легендарные «катюши». По врагу открыла огонь вся артиллерия участка, в том числе и наша миномётная батарея». Долго бушевал огонь над траншеями врага. Затем дружно атаковала пехота. Под прикрытием танков автоматчики опрокинули врага, заняли посёлок. На второй день полк, продолжая наступление, продвинулся ещё на один километр. К вечеру миномётная батарея заняла новую позицию. Но, когда закопались, выяснилось, что батарея осталась без прикрытия. В сумерках перед позициями замелькали фигуры немецких автоматчиков. Они начали скапливаться для атаки. Вскоре затрещали автоматные очереди. Всю ночь и до обеда держали оборону.» В 1943 году, в одной из последних атак, перед подходом подкрепления, Хатакшуко Умарович был ранен в руку и ногу. Это был его последний бой. После госпиталя его демобилизовали, но с войны вернулся живым и еще долго трудился в колхозе. Вместе с супругой Жанпагой они воспитали восьмерых детей. Началась трудовая деятельность. Работал бригадиром, руководил фермой более 25 лет. И до конца дней своих работал в колхозе не жалея сил. Вот они, награды за трудовую доблесть: медаль за «Трудовые заслуги в годы Отечественной войны»;медаль «Ветеран труда», Юбилейные медали. Мой прадедушка прожил после победы еще 40 лет. Мы все: внуки, правнуки с родителями навещаем могилу прадедушки. Память о замечательном человеке, неутомимом труженике, доблестном войне, добром отце и мудром дедушке живёт в сердцах его сегодняшних потомков. Подвиг его бессмертен, пусть и имя останется в веках!