Зелинская Александра Александровна
дд.мм.гггг — дд.мм.ггггВеликую Отечественную войну Александра Александровна встретила в Саратовской обл., где училась на педагогических курсах. Закончить образование и получить диплом ей не пришлось, началась война и в здании, где они занимались, открыли госпиталь. Прервав учебу, она остается работать в госпитале сестрой-хозяйкой. Приходилось дежурить в палатах, ухаживать за ранеными солдатами, стирать белье, бинты. Когда фашисты бомбили саратовский мост и город, все спешили в бомбоубежище, а комсомольцы на дежурство на крыши домов: сбрасывали горящие бомбы, тушили пожары. После отбоя снова шли на работу. В начале 1943 г. за Шурой приехал отец, Александр Степанович и уговорил дочь вернуться домой, они с женой, Марией Филипповной очень переживали за нее, ведь она у них была единственным ребенком. Но в июне 1943 г. Палласовский РВК вручил ей повестку на службу в армию и направили в Сталинград. Город предстал перед ними разбитым, искалеченным, весь в руинах, черный от пожарищ, копоти и трупного смрада. Она вспоминает; «На улицах, особенно на окраине города, лежали мертвые тела погибших солдат, наших и немецких, а также мирных жителей города. Хоронить не успевали, не хватало рабочих рук. Определили Александру вместе с девчатами в отдельный зенитный артиллерийский полк в/ч 1568, выдали вещевое имущество, карабин, да еще адрес отца в медальоне, если что случится. И началась учеба: стрелковая и боевая подготовка, изучение воинских уставов и профессии радистки. Воинская часть, где служила Александра Зелинская, при штабе полка, передавала команды и сообщения в зенитный артиллерийский полк о приближении фашистских самолетов. В конце 1944 г. по приказу командира штаба Александру Александровну стали по ускоренной программе обучать работать на телеграфном аппарате. Между обучением на аппарате, по заданной программе радисты допускали общение между собой по азбуке Морзе. Так, в минуты отдыха, Александра Александровна заочно познакомилась со своим будущим мужем Павлом. Затем стали разговаривать в эфире, а потом и свидание назначили. Редкие встречи переросли в большую любовь. Павел Станиславович Зелинский рос без родителей и тепло от встреч с Александрой помогало им обоим в нелегкой военной службе. Бывшая фронтовичка рассказывает: «Девятого мая 1945 г., ранним утром подняли нас по тревоге, построили, офицеры всех подряд угостили сигаретами, а затем мы услышали такие долгожданные слова: «Победа!». Долго палили в весеннее небо, кричали и плакали от радости. Этот момент не забудешь никогда». За участие в Великой Отечественной войне Шурочка награждена орденом Отечественной войны 2-ой степени, медалями «За победу над Германией" и многими другими. Демобилизовали Александру Александровну в августе 1945 г., провожали всем полком почестями, оркестром. Вернулась домой, в Палласовку, Александра Александровна, а отца еще нет, на фронте, мать больная, пришлось сразу идти работать, устроилась в Палласовский радиоузел, затем работала секретарем-машинисткой в ПМК-35, откуда и ушла на пенсию. Жить после войны было очень трудно, еще долгое время ходила в форменном платье - одеть было нечего. Вскоре приехал и Павел, родным и родителям он понравился, сыграли свадьбу, прожили вместе долгую жизнь, воспитали троих детей: двух дочерей и сына, вынянчили четырех внуков и двух правнуков. Всем дали образование, привили им любовь и уважение к окружающим, к родине. В 1982 г. похоронила она мужа. «Что такое любовь? - говорит Александра Александровна. - Это когда все прощаешь и понимаешь другого и хочется сделать для близкого человека что-то хорошее» А в жизни бывает всякое. Может, и полюбила она песню за то, что как запоешь, так и забываешь все невзгоды, а их ох как много выпало на ее долю. Несмотря на преклонный возраст, Александра Александровна Зелинская, встречалась с учащимися, рассказывала об участии женщин - палласовцев в войне. Долгое время она пела в хоре. Всю свою жизнь, начиная с комсомольского возраста, А. А. Зелинская, наряду с профессиональной деятельностью, всегда занималась общественной работой, не жалея для этого ни сил, ни времени.